«Хотел набить цыпленка, а получился петух»: 10 историй неудачных и шокирующих тату

Мы уже рассказывали о том, как живут люди с тату на лице и портретами знаменитостей по всему телу. А теперь собрали истории о татуировках с «ошибками», неожиданным результатом, опрометчивыми признаниями в любви и оммажем тюремной культуре. 

Илина Словак

Помощник клубного арт-директора, 18 лет, Уфа

Я планировала забить рукав «фановыми» татуировками — как моя банка «Жигулей», например. Люблю пивасик! Сначала хотела местное, уфимское «Шихан Живое», но не все бы поняли, а рисовать на коже импортное — не комильфо, это более художественно, чем забавно. По соседству с «Жигулями» расположены минималистичная BMW E34, сало в одеянии казака, барабан и кричащий демон. Еще на теле есть цифры 1995 — набила, когда нужно было просочиться в бар, а по паспорту не пропускали.

Родители на татуировки реагируют нейтрально, они придерживаются мнения, что каждый живет так, как хочет — мама даже добавляла мне на первую «картинку». Бодрые ребята! Друзья тоже в основном реагируют положительно, хотя некоторые, конечно, пытались поучить морали. Ни с одной татуировкой расставаться не хочу, наоборот, продолжу делать изображения с персонажами мультфильма, мемами — сплю и вижу идеи тату, которых никогда ни у кого не было!

Николай Маркелов

23 года, владелец тату-студии, Красноярск

Первую татуировку в 18 лет мне «подарила» мама, а в 19 я уже начал забивать лицо — «гробом», фамилией, надписью «Протест». Мне понравилось, как на меня реагировали люди, чувствовал себя уверенно и комфортно, хотелось набивать еще и еще. Как-то мой мастер спросил «зачем это все?», а я ответил «нечего терять». Через какое-то время мы уже делали эту фразу у меня на лице — теперь она занимает его большую часть.

Я живу не в таком большом городе, как Москва или Петербург, где тату-культура распространена и развита. В Красноярске на меня, конечно, реагируют бурно: ровесники хейтят в сети, бабушки перекрещиваются на улице. Татуировки я делаю не ради популярности, но если она пришла, почему бы этим не пользоваться. Я уже и к «Малахову» ездил, и на НТВ — кроме лица, у меня портретами знаменитостей забиты все ноги. На них красуются лица Дианы Шурыгиной, Николая Соболева — первую набил «по приколу», а второго, можно сказать, в благотворительных целях. На съемках передачи «Специальный выпуск с Вадимом Такменевым» Соболев мне сказал: «Надо было меня набить, я — тренд!». А из студии крикнули: «У тебя, Коля, на это не хватит денег». Чтобы Коленька не обижался и не плакал, решил все-таки поместить его фотографию рядом с Шурыгиной. И ни одну из них я сводить не планирую.

Павел Акимов

урбанист и исследователь в Лаборатории городов будущего Shukhov Lab, 27 лет, Омск

Одно время любили с друзьями зависнуть у меня дома, расслабиться под дешевые алкогольные напитки и поколоть «партаки». Называлось все это «татуган-пати». На одной из таких «пати» у меня на руке появилось сердечко — неровность контура напоминает, что мастер был в самом начале пути.

В один из постновогодних дней ко мне снова пришли друзья, в том числе моя тогдашняя любовь по имени Наташа Павлова. Изрядно выпив, во мне проснулся какой-то особый романтик — я выловил Наташу и пробурчал ей на ухо: «Натаха, ну че, давай конкретизируем, кому сердечко-то принадлежит. Пиши свое имя!». В полумраке Наташа нацарапала что-то ручкой, а мой друг (единственный трезвый человек на вечеринке) оперативно эту надпись увековечил.

Говорят, любовь живет три года. На моей руке она прожила в шесть раз меньше. Водоворот чувств — вещь не самая стабильная, так что через полгода после той «пати» наши с Наташей корабли разошлись. Сводить партак не хотелось — добавил новый контекст. Обожаю старую музыку и особенно записи Билли Холидей, поэтому «Наташа Павлова» была зачеркнута, а на руке появилось имя певицы.

Не будь этой татуировки, я бы не запустил целый тату-проект TRAP: Tattoos from Russian Prison, который мы делаем вместе с политзаключенным Олегом Навальным. Он рисует эскизы по ту сторону забора, чтобы все желающие по эту сторону могли их набивать. А с Наташей Павловой мы дружим и любим повспоминать истории из общего прошлого.

Михаил Твердый

бармен Dead poets, 25 лет, Петербург

Я всегда относился к физической боли как к неоценимому опыту для человека — мол, получилось пережить эту боль, получится и больше. Плюс, давно хотел тату, но не мог определиться с тематикой. Пришел к мысли, что первая татуировка необязательно должна быть сложной, скорее, наоборот, — понятной только мне, не сильно заметной, но сексуальной. Банан в японской тату-символике означает мужское начало (вот неожиданность!), а я люблю этот фрукт за его питательность.

Девушки реагируют на мой банан, как и на любую внешнюю рекламу — им интересно. Но татуировку видят далеко не все. Скоро сделаю более крупную с изображением Тхить Куанг Дыка — это первый буддистский монах, завершивший земную жизнь самосожжением. Для меня это очень серьезный символ, означающий готовность пожертвовать собой ради высоких идеалов, признание незначительности нашего тела. При этом за первую татуировку мне ничуть не стыдно: сколько бы ни было шуток и предположений, через несколько лет я буду помнить, с какими чувствами ее делал, — и это один из лучших флэшбэков в мою отвязную молодость!


Делать наколки может не только тот, кто отсидел срок. Российский народ страдает всегда — и в тюрьме, и на воле

Алена Таммур

видеограф, 23 года, Петербург

На моем теле три татуировки. Первую, очень маленькую на пальце я набила себе сама, вторая — это бычий череп почти на все предплечье, а третья — карта Свердловской области. Однажды мне позвонил знакомый, с которым мы снимали блог про татуировки, предложив сделать тату — он бы набивал контур, а мастер поправлял все неровности. Вырвал из бара, повез в тату-студию. Решили сделать мне что-то связанное с Уралом, где я выросла, и нашли картинку у бренда Urals с кристаллом в форме Свердловской области. Выпив еще для храбрости, преступили к «работе»: всем было настолько весело, что мы с мастером передумали исправлять контур — пусть остается нарочито корявым! Утром я, конечно, удивилась нашему решению, но ничего перебивать не стала — с этой татуировкой связаны классные воспоминания. 

Андрей Овчинников

бариста, 24 года, Москва

Я отношу себя к скинхед-культуре и уже в ней шесть лет. Первые татуировки у меня появились на пальцах — «Скин» и «Панк» с определенными символами на каждом. Один означает музыку, другой — дружбу, следующий — традиции, а еще есть алкоголь, любовь, анархизм, добро и свобода. После того, как я набил эти татуировки, меня уволили с должности фитнес-тренера. Сейчас работаю баристой и несмотря на то, что эксцентричных надписей у меня стало больше, чем раньше («Бритый», «В этот город вернулись скины», «Свобода»), проблем не возникает. Люди начинали относиться к этому более адекватно и принимать самовыражение окружающих как данность.

Вопросы и удивленные взгляды, конечно, бывают. Особенно по отношению к свастике, которую мне вместе с фразой «пананы против куйни» набил по пьяни знакомый. Оба партака я переделал и в будущем планирую перебить и другие. Когда я только увлекся татуировками, обращался к неопытным мастерам, а сейчас планирую сделать все красиво — целиком забить голову и лицо, член на ноге хочу. Никакого хайпа, вообще не понимаю, что это такое — я делаю татуировки потому, что мне нравится, и только. 

Никита Пахарев

создатель проекта «Знай город», 23 года, Петербург

Не знаю, почему, но я очень захотел набить себе цыпленка. Мечта сбылась в «гиковском» баре «Ключ», на месте которого сейчас расположена «Танцплощадка» — там проходила «партак-пати», на которой можно было сделать татуировку за 1000 рублей. К моменту, когда я сел к мастеру, я был изрядно пьян: единственное, что смог найти в интернете — это картинки с изображением курицы или петуха. Так и вбивал в поисковик: КУРИЦА.

Это был довольно странный поступок. Я оправдывал его своей внутренней свободой, что-то вроде «я просто могу это сделать». Но социальное давление делало свое дело — с этой татуировкой я чувствовал себя неуютно. Неприятных ситуаций были одна или две: например, полтора года назад, когда я работал в хостеле, ко мне пристал постоялец с грубыми расспросами о моей ориентации. Сейчас этот этап прошел, на месте старой татуировки появились горы, но я рад, что два года ходил с изображением петуха на руке, — смешно же!

Никита Торетто

работает на заводе, 21 год, Челябинск 

Люди бьют на лице надписи, ножи, прочую черно-белую банальную чушь, а действительно красивых цветных тату мало. Я решил сделать на виске что-то связанное с музыкой — не могу без нее жить, это моя вторая вселенная. До акулы в наушниках у меня на лице уже был нотный стан — набил его полтора года назад и до сих пор любуюсь. На обе татуировки люди реагируют с удивлением, расспрашивают, просят сфотографироваться. Некоторые даже машины останавливают и подзывают, чтобы разглядеть поближе. Естественно, многие считают меня отбитым, но в лицо никто этого не говорил.

Я работаю на частном деревообрабатывающем заводе в Челябинске — там к татуировкам тоже относятся адекватно. А девушки...переговариваются, обсуждают, но так было всегда — я не обделен симпатичной внешностью. Вообще я не сторонник отношений и тем более не влюблюсь в ту, которой не нравятся мои татуировки, — никогда их не сведу и не разрешу мастеру сделать кому-то похожие.

Глеб Чэн

преподаватель, 25 лет, Петербург

Некоторым говорю, что бить татуировку с фамилией — это семейная традиция. Но конечно, я сделал ее просто по «фану». Всегда хотел тату, но с фантазией было туго. Где-то на первом курсе гулял с друзьями по городу и мы наткнулись на тату-салон: рискнули, зашли и сделали. Конечно, я был немного подвыпивший, но еще ни разу о ней не пожалел — с такой татуировкой я никогда не потеряюсь! Если бы у меня была длинная фамилия — например, Александров или Смирнов, я бы горевал — а так всего три буквы. Новые знакомые даже не понимают, что они означают.

Моя татуировка стала мемом — одна подруга, будучи в Америке, сделала такую же, но временную, в форме игровой карточки. Свою я сводить не собираюсь, но и новые делать пока не планирую — «татуировочный» возраст прошел. 

Эльза Семикоз

бармен, 20 лет, Москва

Первую татуировку я сделала в 14 лет. Сама. Швейной иглой и гелевой пастой. Когда очень хочешь тату, но ты слишком маленькая и денег никто не дает, в голову приходит всякое. Родители про нее так и не узнали, а к 18 годам они настолько привыкли к моим «выкидонам», что уже на все реагировали нормально. Совершеннолетие я отметила букетом роз на ребрах, а чуть позже набила купола вместе с «автографом» мастера. Они появились в честь проекта «Russian Criminal Tattoo», который мне нравится, — он пропагандирует стиль тюремных наколок, по которым можно узнать о человеке все. Эти рисунки мрачные, депрессивные, каждый из них имеет какой-то смысл — это вам не ловец снов на плече или дракон на ноге, а отдельный вид искусства!

Наколки RCT сделаны в нестерильных андеграундных условиях — поскольку я предпочитаю домашнюю татуировку салонной, мне этот подход очень близок. Прийти в чистую красивую студию и набить аккуратное художественное тату может каждый, а вы попробуйте сделать это в непригодной атмосфере! Именно поэтому тюремные татуировки — в большинстве своем партаки, но они самые настоящие, осознанные, символичные, сделанные не для одобрения подружкой, а для себя.

При виде депрессивных надписей на моем теле, куполов на спине и слезы под глазом у людей часто возникает вопрос: «Ты что сидела?» (даже еще чаще, чем «Ты что, больная?»). Я не считаю, что делать наколки может только тот, кто отсидел срок. Российский народ страдает всегда — не важно где, в тюрьме или на воле.

Фото: личные архивы героев

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты

Читайте также

Новости партнеров